КОЛОНКА

Как в индустрии российских сериалов случилась революция и что из этого вышло?

Антон Фомочкин

Кинокритик, автор SRSLY, КИНОТВ, Искусство кино

К кульминации десятых закостеневшие жанровые формы опостылели всем — сердца требовали если не перемен, то хотя бы разнообразия. Попытки были. «Киносериалы» на ТНТ. Экспериментальная (по заокеанскому образу и подобию) сетка вещания «Первого», когда каждому дню недели соответствовала своя многосерийная история. Но что-то все равно не ладилось. Те, кто привык смотреть на мир через телевизионный экран, остались верны циклам. Эфирный прайм-тайм рабочих дней — неизменно линейная, комфортная история, к которой быстро привыкаешь.

Те, кто гордо кичились, что дома обходятся без телевизора, в свободное время познавали вселенную через экран ноутбуков и светящиеся прямоугольники смартфонов, подсев на Netflix и HBO. Уловив тенденцию, нашим удалось сыграть на опережение. Пока в США запускались международные видеосервисы (Disney+, HBO Max, в России даже локальным стриминг-платформам было тесно, а бизнес-гиганты грозились создать еще парочку площадок.

Новая волна отечественных сериалов подкралась незаметно. Переизобретать велосипед оказалось весело. Комедии было суждено не только выйти из гетто ситкомов, но и пробить грани дозволенного. Мелодрама, до того патологически зависимая от статистики и целевой аудитории телеканалов, стала откровенней, а интерьеры, в которых страстно расставались и сходились бедные и богатые, начали напоминать комнаты в обыкновенных домах. Наконец, детективы, задохнувшиеся в пыльных, плохо устроенных комнатушках, отдаленно напоминающих следовательские кабинеты, стали сложнее: свои демоны появились как у наделенных властью сыщиков, так и у подозреваемых.

Стриминг-сервисы, открывшиеся друг за другом под скептические комментарии «да кто станет за них платить?», невольно начали между собой гонку на выживание.

Не вписался в поворот? Потерял доверие? Отписка. Мои кровные согреют другую платформу. Запускать онлайн-кинотеатр без оригинального контента стало моветоном. К пятерке зарубежных сериальных пилотов, стартующих на одной неделе, с завидным постоянством прибавлялось по две-три первые серии отечественных проектов. Когда контента стало слишком много, именно предложение породило спрос.

Нарушить эфирное табу — челлендж для смелых. Если перестал удивлять, сразу стал неинтересен.

Завладеть вниманием поначалу было легко, противостоять нормативности телевизионного экрана — приятно. Своей природной естественностью, с законодательной непривычки, очаровывала нецензурная лексика. Родная речь зазвучала на все лады, объединяя «обсценщиной» экранную буржуазию и рабочий класс, офисного клерка и слесаря, студента и раздраженного старика. Такова специфика диалога поколений с обязательной маркировкой «18+». Мало было лексических свобод: секс появился не только в смелых мелодрамах о современности, но и в исторических детективах или комедиях. Усредненный, как примета жизни, но такой непривычный из-за строгих многолетних эфирных ограничений.

Когда на мгновение показалось, что на длинной дистанции платформы начали выдыхаться, остановилось время, грянул локдаун, и стриминги превратились в досуговую необходимость монотонных самоизоляционных дней.

Наскоро слепленные скринлайф-сериалы зазывали именами, дерзкими концепциями и узнаваемостью ситуаций. Но даже здесь можно было выбирать поджанры. Фарс («Безумие»), сатирический скетч (»#вмаскешоу»), анекдот (»#СидЯдома») и, наконец, нечто притягательно странное и перверсивное («Безопасные связи»). В заточении своих уютных квартир оказались возлюбленные, пары в кризисе, тоскующие одиночки, самодостаточные индивидуалисты; а как обыграть это — оставалось делом вкуса. Осью платформенных сериалов все равно был суетной и такой уязвимый человек, с комком фобий, незалеченных травм и воспаленных тревог, которых с наступлением пандемии только прибавилось. Плакать над ним или смеяться — также оставалось вопросом перспективы.

Кадр из сериала «Содержанки»

Если человеку нужен человек, то зрителю — себе подобный на экране: сломленный, сложный, лишенный архетипических черт положительного или отрицательного героя. Необходим такой персонаж постоянно, для внутренней терапии и оценки самого себя через поступки других.

Сериальная стриминг-волна началась с разностороннего разговора о конечности жизни, им же и продолжилась — практически каждый второй проект после открытия новой онлайн-площадки поддерживал этот диалог.

Заключенный под домашний арест в коммуналку собственного детства мэр провинциального Синеозерска из «Домашнего ареста» Петра Буслова почувствовал себя птицей в медной клетке с проржавевшими прутьями. Когда все твое влияние ограничивается врожденной наглостью, делать нечего — приходится учиться человечности. Кто ты без забитых долларовыми пачками сейфов? Такой же, как и они: учитель, пенсионер, работяга с производства.

Кадр из сериала «257 причин чтобы жить»

В богомоловских «Содержанках» высший свет устроен по обратному принципу. Чтобы не остаться гостем в привилегированном обществе, нужно завести интрижку с кем-нибудь, кто при деньгах. Такой вот декаданс. Смерть в устройстве этого отстраненного и упаднического микрокосмоса — часть спектакля, действо которого все никак не уйдет на антракт. Оптимистичной антитезой правилу «Содержанок», что человек человеку — волк, особенно в luxury-интерьерах, стали «257 причин чтобы жить»: героиня Полины Максимовой, выстояв в поединке с тяжелой болезнью, начинает все сначала, столкнувшись с равнодушием и удивлением поставивших на ней «крест» коллег, бойфренда и сестры. Почем зря лить слезы горя? Если кажется, что мир против тебя, собери под желтой обложкой записной книжки перечень всего, что не успел исполнить, и вперёд. Чтобы каждое утро просыпаться в гармонии с собой и настоящим, нужно пережить отрезвляющий страх смерти.

Осознание необратимости пожирает, изматывает, отвлекая от любых внешних забот. Песочный замок социальных благ смывает волной, пока ты всматриваешься в всепоглощающий мрак. «Звоните ДиКаприо!» Жоры Крыжовникова пренебрегал устоявшейся привычкой замалчивать проблему, не говорить о ВИЧ, исключая его из российской телевизионной реальности, и стигматизировать всех, кто с этим столкнулся. В этой истории пересуды равняют друг с другом в низости актера из кинотусовки и больничного охранника. Сериал с Александром Петровым наравне с другими стриминг-проектами настолько приблизился к определению «кино», насколько вообще можно сравнивать многосерийную форму подачи материала с методами повествования полнометражного фильма

В России заниматься сериалами никогда не было зазорным.

Кадр из сериала «Оттепель»

С них начинали будущие большие фестивальные авторы вроде Серебренникова или Звягинцева. Масштабные экранизации классики (от Достоевского до Булгакова) сменялись предложениями центральных телеканалов осмыслить современность, обращёнными к Тодоровскому, Перельману или Германике. Главным для молодого актера было не угодить в тиски милицейских копеечных процедуралов или душещипательных любовных саг.

С приходом стримингов в сериалы перекочевали (временно или надолго) режиссеры всех мастей, от лидеров мнений до кассовых рекордсменов. Подспорьем здесь вновь стал принцип «чем мы хуже HBO?» Продюсеры, шоураннеры, артисты — самые везучие, продуктивные, стойкие или талантливые, — стали получать предложения, от которых нельзя отказаться. Теперь онлайн-кинотеатры покупают эксклюзивные права на человеческий ресурс: новости о трехлетних контрактах, по условиям которых тот или иной кинематографист будет заниматься проектами только одной площадки, перестали быть редкостью.

Карьерный путь от постановщика маленького инди-фильма, попавшего в конкурс «Кинотавра», до режиссёра большого проекта стал протоптанной тропой.

Кадр из сериала «Собирайся поедем на праздник»

Последний пример — Ламара Согомонян, которая после короткометражной ленты «Собирайся, поедем на праздник» снимет новый сезон сверхуспешной франшизы «Содержанки».

Чем больше появляется платформ, тем сильнее кадровый голод и выше риски. Пролилась первая кровь — хорроры, антиутопии, апокалиптические предзнаменования. Нечисть заполоняет как прошлое, так и настоящее, и пока где-то её собираются изгонять священники, в смоленской области благополучно отсиживают очередной век упыри («Вампиры средней полосы»). Стриминги развязали руки для жанровых безумств: стали возможны дикие, но симпатичные фанфики, где Шерлок Холмс направляется в криминальную столицу России — Петербург, чтобы изловить Джека-Потрошителя. Это может звучать как выдумка лихорадочного рассудка, но пока онлайн-кинотеатры продолжают беспрестанный поиск концепций, не стоит на месте и коллективная мысль.

Кадр из сериала «Шерлок в России»

Новая мода стримингов — рефлексия. Призадумайся, что останется после тебя? Дети, творческое наследие, пустая офисная коробка? В «Большой секунде» Виктора Шамирова герои-сценаристы, сочиняя в кадре многосерийную мелодраму в эстетике советского кино, невольно размышляют о том, как погубили собственные отношения (и самих себя), проецируя всё на выдуманных ими персонажей. В «Психе» Федора Бондарчука единственное, чего хотел бы психотерапевт Олег (Константин Богомолов) — это чтобы после него было «чисто». На работе он последовательно переступает границы этики и нравственности, доводя своих клиентов до истерики (а тем почему-то становится легче). Самому герою, в общем-то, не особо. Не наноси вреда ни себе, ни другим. Он сталкивается не со смертью, а с подвешенным состоянием: его супруга пропала без вести. Наполненный тревогой и педантичным раздражением «Псих» — своевременный живой портрет Москвы после локдауна.

Кадр из сериала «Большая секунда»

Другой сериал, полный такого же кипящего беспокойства — напоминающий глянцевый ночной кошмар «Контейнер», посвященный другой дискуссионной теме — суррогатному материнству. Но за громкой вывеской прячется пронзительная история матери (Оксана Акиньшина), осознающей своё настоящее место в мире: на неё и её дочь претендует вышедший из тюрьмы насильник, а чиновничья жена, для которой героиня вынашивает ребенка, воспринимает ее как инкубатор из плоти и крови.

Сериалы на платформах быстрее проходят путь от съемок до релиза, оттого лучше фиксируют дух времени.

Пусть пока это зачастую не снимок, достойный красоваться в галерее современного искусства, а полароид, но на белом проявленном квадрате теплится жизнь, и это главное. Этот огонёк не только поддерживает развитие стримингов, но и ведет к глобальным изменениям, когда контент платформ интегрируется в вещание эфирных каналов. Онлайн-кинотеатров не станет меньше, битва за влияние и зрительское внимание, кажется, будет вечной. Если этой новой империи и суждено пасть, то лучше пока об этом не думать, а требовать хлеба и зрелищ.

Поделиться
Закрыть
7 дней бесплатно
7 дней бесплатно
Попробуйте START в течение недели. Отменить подписку можно в любой момент.
В подписку входит всё
В подписку входит всё
В ежемесячный платёж входит весь контент, включая премьеры и новинки.
Качество Full HD 1080
Качество Full HD 1080
Мы ценим отличное качество картинки и звука. Как ещё смотреть сериалы, как не в идеальном разрешении?
Премьеры оригинальных проектов
Премьеры оригинальных проектов
Мы первыми в России стали снимать контент специально для подписчиков и по-прежнему показываем свои оригинальные проекты эксклюзивно на START.
В любой точке мира и с субтитрами
В любой точке мира и с субтитрами
START работает по всему миру. Недавно мы запустили локальные версии на других языках, чтобы сделать наш контент ещё более доступным зрителям разных стран.
Безопасный детский профиль
Безопасный детский профиль
Мы ценим безопасность маленьких зрителей. У нас есть безопасный профиль с лучшим контентом для детей и функция родительского контроля.
Попробовать бесплатно