Эволюция женских образов в кино

Элиза Данте

Режиссер, автор телеграм-канала «Контрапункт», кинокритик журнала «Кинотексты»

Положение женщин в кинематографе XXI века улучшилось после десятилетий запретов и шовинизма. Благодаря борьбе за права с каждым годом становится больше интересных работ, снятых представительницами киноиндустрии, а в центре сюжетов всё чаще оказываются сильные и многогранные героини. Даже блокбастеры, хоть и неповоротливо, со скрипом, но всё же пытаются переориентироваться на другую аудиторию.

Репрезентация и сексизм

Проблема отсутствия должного представления женских персонажей возникла еще в литературе, оттуда перешла в театр, а затем и в кино. Клише — стереотипные и не меняющиеся образы — тоже существует так давно, что уже и не понять, кто их создал: древнегреческие драматурги, авторы бульварных романов XVIII века или Голливуд.

В конце прошлого столетия придумали «тест Бекдел», он был использован в качестве шутки американской художницей Элисон, по фамилии которой и назван этот метод проверки. Одна из героинь ее комикса говорит подруге, что смотрит только фильмы, соответствующие трем правилам:

1) в фильме есть хотя бы две женщины,
2) которые говорят друг с другом,
3) о чем-либо, кроме мужчин.

А теперь немного удручающей статистики: в 2014 году ученые проанализировали около 100 коммерчески успешных фильмов, снятых за последние 10 лет, и из них лишь 7 процентов соответствовали критериям. Помимо «теста Бекдел» есть множество других способов проверить кино на сексизм и заспамленность клише в отношении женских персонажей. Один из них, например, называется «сексуальный торшер». Его суть заключается в том, чтобы посмотреть, изменится ли сюжет, если героиню заменить на красивую напольную лампу. Вы удивитесь, как много известных и титулованных фильмов этот тест не проходят. Причем иногда не справляются даже современные картины.

«Аватар» (2009), не прошел «тест Бекдел»

«Властелин колец» (кинотрилогия), не прошел «тест Бекдел»

«Темные времена» (2017), не прошел «тест Бекдел»

Еще сложнее обстоят дела с клише женских персонажей. Со временем они меняются, некоторые уходят в прошлое, другие занимают их места.

Железная леди, или селф-мейд вумен

Понятнее всего объяснить, кто же такая железная леди, можно на примере Миранды Пристли (Мэрил Стрип) из фильма «Дьявол носит Prada». Это успешная женщина, холодная, педантичная, в меру заносчивая, знающая себе цену, обычно еще и очень обеспеченная. Казалось бы, сплошь положительные качества. Только клише заключается в том, что почти всегда она несчастна в браке и между любовью и работой выбирает второе.

В фильме «Давай разведемся!» Маша (Анна Михалкова) как раз такая железная леди. У героини хорошая работа, где она пропадает 24/7, и от нее уходит муж. Правда, дальше она совершает нетипичные для этого образа поступки: показывает свою естественную слабость перед матерью, сжигает одежду по совету гадалки, чтобы приворожить супруга, а в конце и вовсе позволяет другому мужчине позаботиться о себе и передает ему контроль над ситуацией.

Примеры других случаев разрушения клише «сильная женщина» мы можем увидеть в картинах «Мама, я дома», «Он и она», «Опасная игра Слоун», «Август», «Колетт».

Маниакальная девушка-мечта, или сигма

Маниакальная девушка-мечта — персонаж-функция, задача которого преобразить героя и заставить его иначе смотреть на жизнь. Обычно такая героиня яркая, эксцентричная и немного сумасшедшая, ибо, по мнению авторов, только так она сможет заинтересовать мужчину, от лица которого ведется повествование. Таковы, например, Сэм (Натали Портман) в трагикомедии «Страна садов», Рамона (Мэри Элизабет Уинстэд) в задорном фэнтези «Скотт Пилигрим против всех», Сьюзан (Ева Грин) из фантастической драмы «Последняя любовь на Земле», Шантри (Зои Казан) из ромкома «Дружба и никакого секса».

Об этих героинях ничего не известно, им не дается предыстории, они редко говорят о своих проблемах. Сюжетная арка таких женских персонажей закрывается на том, что они остаются вместе с главным героем. Ломают эти стереотипы картины наподобие «Русалки» Анны Меликян, где Алиса (Мария Шалаева) вовсе не обретает счастья с возлюбленным, — он даже не обращает на нее внимания и воспринимает ее как девушку со странностями. А в центре сюжета — именно история Алисы, ее переживания и борьба с несправедливостью мира.

Роковая красотка

Классическая героиня нуаров и триллеров — роковая красотка с невероятной фигурой и подиумным макияжем, задача которой — приносить беды и соблазнять главного героя. Грубо говоря, в этом и есть ее функция. Таковы персонажи Шэрон Стоун в «Основном инстинкте», Дианы Крюгер в «Одержимости» или Евы Грин в «Городе грехов 2». Иногда в сценарии происходит пересечение образов, как у героини Меган Фокс в «Трансформерах»: она прекрасная девушка мечты, заодно роковая женщина, а еще иногда ее нужно спасать от злых десептиконов.

В «Быке» Таня (Стася Милославская) тоже представляет собой такую роковую женщину, ради которой мужчина может умереть. Сама же она почти бездействует — иначе говоря, тест на «торшер» эта героиня бы не прошла. Соответствует ли этой константе Виктория (Елена Подкаминская) из «Кухни»? Ведь по ходу сюжета мы узнаем ее лучше, а история героини становится интереснее и многограннее. То же с Ольгой (Ольга Медынич) из «Вампиров средней полосы» — персонаж получает предысторию и развитие, и героиня выходит из стереотипного образа, а зритель видит ее глубину.

«Вампиры средней полосы» (сериал, 2021–…)

Разрушается клише, например, в фильме «Девушка, подающая надежды». Кассандра (Кэри Маллиган) буквально делает то же, что и типичная роковая красотка, только ее цель — месть, ради которой она ни перед чем не останавливается. Она соблазняет мужчин не для удовольствия — у нее совсем другие планы. Другой яркий пример — «Красотка на всю голову», где трансформация происходит у нас на глазах. Рене (Эми Шумер), ударившись головой, ощущает себя сексуальной женщиной с обложки, хотя всю жизнь чувствовала себя несимпатичной неудачницей. Так авторы поднимают вопрос о самовосприятии и борются со стандартами красоты, разрушающими жизни многих девушек.

Девушка в беде

Та самая Белоснежка, которая не проснется без поцелуя прекрасного принца. Она всегда становится заложницей ситуации и персонажем-функцией — герой обязан ее спасти во что бы то ни стало. Это и Ирэн Адлер (Рэйчел Макадамс) в «Шерлоке Холмсе», и Кэт (Элизабет Дебики) из «Довода», и Мэри Джейн (Кирстен Данст) из «Человека-паука», и все так называемые девушки Бонда. Интересно, что сам штамп не перестал существовать, но параллельно получило развитие и другое клише, обратное, — девушка-воин.

Здесь тоже очень широкий спектр примеров, каждый из которых напоминает все остальные. Интересно, что девушка-воин может появиться в фильме любого жанра: в комедии — «Мисс Конгениальность», в мультфильме — «Мулан», в супергеройском экшене — «Чудо-женщина», в военном кино — «Солдат Джейн», в спортивной драме — «Малышка на миллион», в детективе — «Девушка с татуировкой дракона». Эти героини могут и за себя постоять, и спасти мужчину, и сразиться со злом, и остаться при этом обворожительно прекрасными.

Мертвая жена

Кажется, это самый странный штамп из существующих. Даже роковая красотка наделена большим функционалом в сценарии, чем мертвая жена. Кто же она такая? Это воспоминание главного героя об идеальной в его понимании женщине — красивой, доброй, любящей и заботливой. Но вот незадача — героиня всегда умирает либо в начале фильма, либо до всех событий в картине. Таковы персонажи в фильмах «Джон Уик», «После тебя», «Начало», «Остров проклятых», «Престиж», «Помни». Зритель даже зачастую не знает имени этой жены, но ее смерть необходима в сценарии, чтобы побуждать главного героя на важные для сюжета поступки.

Показательнее всего клише разрушается картиной «Исчезнувшая». Эми (Розамунд Пайк) инсценирует свою смерть и становится не далекой мечтой, а возмездием и ночным кошмаром мужа (Бен Аффлек). Как будто она отомстила не только неверному супругу, но и всем сценаристам, игнорирующим работу над женскими образами. Восстала из мертвых жен, чтобы стать символом освобождения. В стиле сигмы, хотя не совсем.